Фортуни-и-Мадрасо, Мариано
Опубликовано 27.10.2011

Мариано Фортуни-и-Мадрасо (исп. Mariano Fortuny y Madrazo; 11 мая 1871, Гранада – 3 мая 1949, Венеция) – испанский дизайнер.

Биография и карьера

Родился: 11 мая 1871 года в Гранаде, Испания.

Семья: в 1897 году Мариано Фортуни-и-Мадрасо встречает девушку по имени Генриетта Негрин (Henriette Negrin), ставшую в 1918 году его женой.

Карьера: с 1906 года выпускает знаменитые Кносские шарфы; с 1907 года – платья «Дельфос»; в 1909 году получает патент на свою одежду, на изобретенный им способ производства плиссированной ткани, а также патент на метод изготовления набивной ткани; всего с 1901 по 1933 год Фортуни получает еще 18 патентов на свои изобретения в самых различных областях; в 1909 году в Венеции открывает демонстрационный зал, в котором продает свой текстиль и одежду; в 1920 году открываются магазины в Париже и Милане.  На протяжении всей своей жизни Фортуни обретает популярность как великолепный художник, фотограф, выдающийся изобретатель и декоратор.

Мариано Фортуни-и-Мадрасо родился 11 мая 1871 года в Гранаде в творческой семье: его отец, Мариано Фортуни-и-Марсель (Mariano Fortuny y Marsal) был известным жанровым живописцем, а мать — дочерью другого известного испанского художника Раймундо де Мадрасо-и-Гаррета (Raimundo de Madrazo y Garreta). После смерти отца, Мариано не исполнилось тогда еще и четырех лет, семья переезжает из Испании во Францию, в Париж. С раннего детства становится ясно, что юный Мариано унаследовал талант своего отца.

Во Франции он проводит время, обучаясь живописи. Однако в 1889 году семейство снова меняет место жительства: на этот раз они переезжают в Венецию. Обладая недюжинными способностями в области живописи, фотографии, скульптуры и архитектуры, молодой человек начинает путешествовать по Европе в поиске выдающихся творцов искусства. Так в 1982 году в Париже он впервые знакомится с Рихардом Вагнером (Richard Wagner). Вдохновившись его работами, Мариано едет в Германию, в город Байройт, где немецкий композитор построил особый театр специально для постановок своих опер. Его творчество настолько заворожило Фортуни младшего, что по возвращении в Венецию, тот решает нарисовать несколько сцен специально для Вагнера.

Особенность вагнеровской драматургии состояла в том, что абсолютно все составляющие, включая декорации, архитектуру, песни, танцы и поэзию, были тесно взаимосвязаны между собой и шли к общей цели. Это новшество, позволяющее театральной постановке создать особую атмосферу, было совершенно в духе Фортуни. Он буквально загорелся идеей поучаствовать в жизни театра нового типа, где дизайнерские и технические решения шли бы рука об руку, начиная с самого рождения идеи и заканчивая ее реализацией. Фортуни справедливо полагал, что качество абсолютно любой продукции, как материальной, так и не материальной, можно в значительной степени улучшить, если иметь доскональное представление о процессе в целом, грубо говоря, если знать, что мы имеем в начале и что и как мы можем получить из этого в конце.

Следуя данной концепции, в театре Вагнера Фортуни постарался вникнуть в наибольшее количество деталей: он побывал и осветителем, и архитектором, и изобретателем, и художником декораций, и даже директором. Одними из самых выдающихся изобретений Фортуни для театра явились его эксперименты со светом. Как дизайнер, он мечтал о простом способе, позволяющем сменять декорации, не прибегая к физической перестановке заднего плана. Проведя несколько опытов, Фортуни выяснил, что, отражаясь от разных поверхностей, свет может изменять оттенок, интенсивность и некоторые другие свои свойства. Взяв все эти особенности на заметку, он изобрел специальное устройство, позволяющее при помощи света создать в постановке абсолютно любое «небо» — от заката до рассвета.

Несмотря на то, что это и некоторые другие его «театральные» изобретения позволили мировой драматургии сделать большой шаг вперед, имя Мариано Фортуни-и-Мадрасо осталось в памяти потомков, прежде всего, благодаря его дизайнерским изысканиям. Жена Мариано, Генриетта имела большой опыт в портняжном деле, и именно она на первых порах помогала своему возлюбленному воплощать в жизнь многие его задумки. Семейная чета жила в собственном палаццо в Венеции. Практически все помещение было заполнено картинами: здесь были работы отца Мариано, а также работы других художников, которые его отец коллекционировал. Позже к ним прибавились работы, собранные уже самим Мариано Фортуни.

Живопись вдохновляла Фортуни, именно она помогла ему научиться тонко чувствовать цвет, что не могло не найти отражения уже в другом его увлечении – моделировании одежды и создании ткани. Надо сказать, что Фортуни, как дизайнер, испытывал на себе два серьезных влияния — одно внутреннее, другое внешнее. К внешнему влиянию можно отнести модернизм, главенствующий в начале 20-го века абсолютно во всех областях искусства, а также столь обожаемые Фортуни древнегреческий и венецианский стили. К внутреннему же влиянию относится унаследованная им от отца любовь ко всему арабскому и азиатскому.

Одной из особенностей характера Фортуни являлось то, что его совершенно не интересовала мода. Он шил платья ради искусства, а не на продажу. Несмотря на то, что он имел прекрасную возможность основать собственный Дом моды, он отклонил эту затею. Следуя своей эксцентричной натуре, Фортуни и в моде пытался изобрести что-то новое. Одним из его первых экспериментов в этой области явились так называемые «Кносские шарфы», представляющие собой большой кусок материи с геометрическим узором, навеянным Фортуни искусством Киклад. По существу это были даже не шарфы, а полноценный наряд, так как прямоугольное полотно можно было связать, обвернуть вокруг тела и использовать в самых различных комбинациях, создавая одеяния, совершенно не стесняющие движений. При желании простой шарф мог превратиться и в жакет, и в юбку, и в тунику. При создании вещей Фортуни стремился подчеркнуть исключительную красоту женского тела, его изгибы и формы, поэтому он был ярым противником излишних украшательств, которые могли бы все это скрыть.

Несмотря на то, что «Кносские шарфы» выпускались вплоть до 1930-го года, главным открытием Фортуни в области женской моды явились вовсе не они. В 1907 году дизайнер представляет на суд публики платье «Дельфос», ставшее настоящим революционным событием для затянутых в корсет женщин того времени. Платье простого покроя из плиссированного шелка, свободно спадало с плеч, облегая фигуру, подчеркивая естественные линии женского тела. В 1909 году Фортуни получает на свое изобретение патент. Платье отличалось значительной оригинальностью и прекрасно соответствовало духу эпохи модерн. Появляется множество вариаций: с короткими рукавами, с длинными рукавами, с широкими рукавами, собранными к запястью, или вовсе без рукавов.

Оригинальные платья «Дельфос» имели рукава, напоминающие крылья летучей мыши, широкий вырез «лодочкой» и всегда, независимо от формы, шнурок, позволяющий регулировать плечи. Кроме того, подол платьев неизменно украшался мелким венецианским стеклярусом, что преследовало двойную цель: во-первых, это было великолепным украшением, а во-вторых, бусинки прижимали платье к полу, позволяя запатентованному плиссированному шелку мягко струиться вдоль изгибов тела, а не лежать, как попало. Однако в своем дизайнерском решении Фортуни намного опередил свое время, и женщины просто не отваживались носить его платья в качестве повседневного наряда. Долгое время платье «Дельфос» считалось домашним платьем или так называемым «чайным» платьем, в котором можно было принимать гостей, и лишь спустя несколько лет, в 1920 году женщины осмелились носить его вне дома.

Изобретенный Фортуни метод плиссировки шелка оказался очень эффективным. До сих пор платья, созданные по этой технологии, обладают первозданной свежестью, как будто их только что сшили. Кроме того, платья можно хранить в скатанном виде, что делает их необычайно удобными в транспортировке, к тому же они не нуждаются в глажении.

Кроме экспериментов с шелком Фортуни увлекался набивкой рисунка на бархатных тканях, из которых он также шил платья, жакеты или накидки, которые он предлагал носить поверх платьев «Дельфос». Для всех своих моделей Мариано Фортуни лично изготавливал особые краски по старинному рецепту. При помощи этих красок и изобретенного им самим устройства, Фортуни набивал нужный ему рисунок на шелковых и бархатных тканях. К сожалению, на протяжении всей своей жизни Фортуни воздерживался от радикальных перемен в дизайне своих моделей, поэтому практически невозможно проследить точную хронологию его творений.

Для Мариано Фортуни мода являлась тем же искусством, его неизменной частью, не подвластной законам коммерческого рынка. Несмотря на то, что многие современники Фортуни предлагали миру моды не менее инновационные проекты, все они были рассчитаны на специфику самого времени, и это автоматически обрекало их на постепенное устаревание. Одежда Фортуни отличается своей «вневременностью», и именно поэтому она не стареет. Элегантная простота, совершенный крой и необычный чувственный цвет – вот основа их неизбывной красоты. Все эти элементы делают платье от Фортуни не просто предметом одежды, но предметом искусства. Вот почему до сих пор различные музеи мира и частные коллекционеры стремятся заполучить в свое распоряжение хоть одно такое платье и готовы отдать за него практические любые деньги – на аукционах сумма может доходить до 40 тысяч долларов.

Сегодня в доме этого выдающегося человека, в Венеции, где он прожил большую часть своей жизни, располагается музей. Фортуни приобрел этот дом в начале 20-го века. Именно здесь он сделал большую часть своих открытий, именно это место он называл своим «мозговым центром». Теперь здесь часто проходят всевозможные выставки.

наверх